17:35 

книжное

faolchu
За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
Вчерашней ночью наконец-то дочитал «Возлюби ближнего своего». Не знаю даже, как так получилось, что именно эту книгу я постоянно откладывал и никак не мог собраться выделить время, чтобы ее дочитать - она интересная и персонажи вызывают симпатию, просто не вовремя видимо, мы нашли друг друга.
Есть во всех этих эмигрантских историях нечто до смешного узнаваемое: вечные паспорта, визы, их отсутствие, чужие дома, чемоданы, границы, "распродажи" сохранившихся личных вещей, всеобъемлющая неизвестность, превращающая завтрашний день в нечто такое, о чем лучше не думать - его можно проклинать, ему можно радоваться, но никак не раньше, чем оно станет твоим сегодня. У Ремарка все это, как правило отдает беспросветной безысходностью, которая свойственна и не эмигрантским сюжетам; такое время - беспокойное, переворачивающее с ног на голову все привычные устои, сводящее на нет уверенность в чем бы то ни было и вызывающее своеобразное "привыкание": к несправедливости, смерти, страданиям.
По сути, все произведения Ремарка - длинный этический "трактат" о смысле жизни и утрате человечности; и конечно, о любви. Только любовь у него, в большинстве случаев, не любовь вовсе, сколько бы ни говорили (в рецензиях и прочих обзорных работах, например) о том, что именно она пробуждает в притупленном сознании героев способность быть человеком - сопереживать, любить, чувствовать. Увы, зачастую она гораздо более похожа на мачту разбитого корабля, за которую отчаянно цепляется уцелевший в крушении. Даже «Время жить и время умирать» рисует именно такую картину, хотя герои - не эмигранты, не "отбросы системы" и они молоды.
Я люблю Ремарка за тематику, которая мне интересна и за умение красиво и верно описывать состояние героев, события происходящие в их внутренних мирах и не менее красивую, детальную фоновую картину. Тем не менее, до «Возлюби ближнего своего» я не встречал у него героев, чья сущность вызывала бы у меня интерес. Мне нравилось наблюдать за хитросплетениями судеб, практически безотносительно тех, кому они принадлежали или, вернее, кто принадлежал им. В этом, пожалуй, !вся фишка" - в остальных книгах действующее лицо - судьба, она главный герой, который живет, развивается, принимает решения, а люди не более чем ее выразительные средства. Не поручусь сходу за «Искру жизни», ее надо бы хотя бы выборочно перечитать.
В «Возлюби ближнего своего» у меня завелся любимый персонаж и еще несколько тех, кто мне просто нравится. Людей, которые действуют осознанно, даже если плывут по течению, которые не убиваются о потерянное, даже жалея о потере.
Людвиг и Рут могли похожи на остальные Ремарковские пары но они не отказывают себе в праве любить и быть любимыми, строить свое счастье и радоваться ему. Полюбившийся мне Штайнер по факту самоубивается о свою любовь, но он тоже делает это с полной осознанностью своего выбора, без душевных терзаний. Керн, хоть и грустит о друге, принимает его последний подарок - пропуск в жизнь для себя и своей любимой. И мне думается, что они не положат свою жизнь на алтарь вечного долга перед погибшим товарищем, а напротив сделают все, чтобы она была достойной "расплатой" за всю его помощь (не в плане посыпания головы пеплом, а достижения искреннего стремления к счастью, которого тот им и желал).
Да, кажется, в «Искре жизни» наблюдалась как раз та самая осознанность выбора; даже там, где его вроде бы нет и быть не может.

MAJ он же UPD
Совсем забыл, что хотел повесить в эту запись одну цитату с очень красивой и выразительной сценой.
читать дальше

@темы: философское, книги

URL
Комментарии
2016-09-09 в 17:50 

Лиадан
"Это Вария, детка!" (с)
faolchu, Это Ремарк, как я поняла? Не знала об этом романе... Мне он сейчас пойдет или слишком безысходен?

Про любовь соглашусь наполовину. Да, во "Время жить и время умирать", они хватаются за любовь. Лишь бы остаться людьми, я думаю, спастись хоть не телом, но душой. И все равно их очень жалко. А "Три товарища"? Там любовь не соломинка, не мачта, даже со стороны больной чахоткой женщины. Они оба сознательно принимают любовь... и смерть.
Даже в "Искре жизни" есть маленькая любовная линия. И не безысходная, несмотря на то, где началась. Ей и заканчивается роман - они прошли через ад, они любят друг друга и перед ними целая жизнь.

И прочитай, плиз, "Молодых львов"! Да, не Ремарк, но очень, очень интересно! Кино только не смотри.

2016-09-09 в 18:41 

faolchu
За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
Лиадан, Ремарк, конечно. Я его наконец-то дочитал.
В том и вся прелесть, что этот роман не безысходен и даже заканчивается хорошо. И герои, в кои-то веки позитивные - у них, естественно, жизни далеко не сказочные и судьбы не подарочные, но они об это не убиваются всю дорогу.

Вот про любовь я раньше, откровенно говоря, не думал особо, но на контрасте с этой книгой очень уж четко видно разницу. Я "Три товарища" либо не читал вообще, либо читал очень давно, либо столь же давно всего лишь смотрел кино - не помню. Но насколько припоминаю, там привычная для Ремарка картина. У него "любящие" либо страдают, что осложняют жизнь друг другу и один другого не заслуживает, либо как раз цепляются, как за последнюю надежду (что тоже вариант, но у них это то по воле случая, то с каким-то даже не надрывом, а простите, нарывом), либо по сути внутри себя страдают поодиночке от какой-нибудь да нечестности перед собой или ближним.
В «Возлюби ближнего своего» (очень, кстати, интересно почему именно такое название) Рут с Керном тоже сильно завязаны друг на друга и с периодичностью выдают что-то в духе "ах я бы без тебя повесился/повесилась", но тем не менее не убиваются об это чувство, напротив, оно мотивирует их действовать осмысленно. А им, при прочих равных, лет по 20 с небольшим (ему к концу романа 22, ее возраст не помню, чтобы уточнялся, но они оба не успевшие доучиться из-за расовых законов студенты) - молодости всякая дурь очень даже свойственна, казалось бы.
«Искру жизни» я вообще нежно люблю. Там как раз тоже... Можно сказать, там просто дальше убиваться уже некуда, так как все сделали за тебя - остается либо сдохнуть, либо найти в себе силу и желание жить, не загадывая, не жалея о лучшем, не думая о справедливости, но и не схоронив себя заживо отказом от всего. Тут кстати очень тонкая грань и гора пищи для бесед об отказе губительном и отказе целебном, о губительном и целебном смирении и т.д. Там люди совсем на грани - у них и возможности и выбор весьма ограничены - все, абсолютно все приходится создавать самим из себя. У эмигрантов, солдат не согласных с режимом и т.п. все-таки проще. Они хотя бы живут в мире и могут, к примеру, напиться, завязать роман со случайной женщиной и т.п. У них есть какое-то внешнее, за которое можно цепляться. Заключенные по сути живут уже во враке затонувшего корабля на дне океана.

Я кино смотрел. Но ничего не помню - я был мелкий тогда. Может, как нибудь дойду. Обещать ничего не могу. Я эту книгу, хотя она мне и понравилась очень долго читал...

Еще одна хорошая цитата. Про жизнь, передряги и отношение ко всему этому:

«В один из воскресных дней, после обеда, когда вход в Лувр был свободным, Марилл пригласил их отправиться туда.
— Зимой, чтобы убить время, вам обязательно нужно ходить куда-нибудь, — сказал он. — Голод, пристанище и время — постоянные проблемы эмигрантов, и они ничего не могут с ними поделать, потому что не имеют возможности работать. Голод и забота о ночлеге — это два смертельных врага, но с ними еще можно бороться, а время, уйма пустого бесполезного времени — это враг, который крадется тайком и пожирает их энергию. Ожидание утомляет, призрачный страх парализует волю. И если двое первых нападают на эмигрантов открыто, и они должны обороняться или погибнуть, то время подкрадывается незаметно и разрушает душу. Вы еще молоды, не просиживайте свое время в кафе, не жалуйтесь на трудности, будьте всегда бодрыми. И если порой вам будет тяжело, идите в большие парижские залы ожидания — в Лувр. Зимой он отапливается. Лучше изливать свою печаль перед картинами Делакруа, Рембрандта или Ван Гога, чем перед рюмкой водки или в окружении бессильной жалости и злости. Это говорю вам я, Марилл, который предпочитает сидеть перед рюмкой водки. Иначе я бы и не стал держать эту назидательную речь.»

URL
2016-09-10 в 17:34 

Лиадан
"Это Вария, детка!" (с)
faolchu, Прочитала цитату. А как же они... когда немцы взяли Францию? Зачем они вообще бежали во Францию, она оказалась той же ловушкой?
И, честно говоря, страшно. Страшно от этих изломанных судеб.

2016-09-10 в 19:22 

faolchu
За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
Лиадан, дальше пошли, наверное. Те, кто там оставался. На тот момент, когда они туда бежали, Франция казалась последним прибежищем таких вот безотечественных.
Я всегда любил книги от которых страшно. А еще я считаю их душеполезными: во-первых, понимаешь что сам не докатился еще или докатился, хотя причин у тебя куда меньше, чем у тех, кто умудрялся жить и находить силу и смысл в тех условиях, а значит можно выбраться, или же то, что докатиться не хочешь и предотвратить подобные повороты собственной судьбы (там, где это возможно) и т.п. и т.д.

URL
2016-09-11 в 05:28 

Лиадан
"Это Вария, детка!" (с)
faolchu, Гм... Ничего не могу сказать определенного про книги, страшные в реализме. Люблю ли я их, нет. Я их читаю, если попадаются. Люблю, если зацепят. Но страшный реализм может быть и в фэнтэзи, а душеполезными - сказки. Да и прочие книги тоже.

Я вот незадолго до этого прочитала "Забытый сад". Страшно потрясло. До основ Мироздания.

2016-09-11 в 14:22 

faolchu
За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
Лиадан, а я и не подумаю спорить. Все вообще может быть душеполезным, если уметь посмотреть на него с нужной стороны. Вредным, впрочем, тоже.

Почитал описание. На первый взгляд кажется приключенчески-детективной историей. Любопытно, что там внутри такое. Расскажи?)

URL
2016-09-13 в 06:12 

Лиадан
"Это Вария, детка!" (с)
faolchu, Понимаешь, в двух словах не расскажешь. Оно и правда... несколько детективное. Все начинается с того, что, накануне Первой Мировой, на пристани в Австралии находят девочку трех лет. Кто она, откуда - ничего не помнит. Ее удочеряет добрая семья, но на совершеннолетие отец открывает ей правду - что она не родная, а взялась неизвестно откуда. И вот всю жизнь девочка/женщина/бабушка пытается узнать кто она. Потом она умирает и уже ее внучка продолжает доискиваться правды.
Там... такое переплетение времен - со времени Джека-Потрошителя и до нашего времени, причем эти времена-воспоминания появляются как вспышки, нехронологически, там такое удивительное переплетение судеб... и трагические ошибки, там такая всеполощающая преданность и дружба, и предательство, и наказание, и нелепая трагедия... Все как в заброшенном саде - переплелось корнями, стеблями, проросло и хранит свою тайну. И до боли трагическая судьба Сочинительницы... Сказочницы...

Это просто надо сидеть и полностью пересказывать книгу. Или читать ее.

Как жаль, что у автора пока только две книги, но и другая ее тоже хороша. Может, более предсказуемая, но там тоже прошлое через призму настоящего. И как-то печально читать о молодости, когда это уже прошлое, а настоящее - дряхлая старушка, и вот она умирает, а воспоминания живут, записанные. И думаешь - как же быстро летит наша жизнь, слишком быстро... И мир, который она вспоминает - это мир Аббатства Даунтон, который, ты знаешь, я так нежно люблю.

   

левые берега Ахерона

главная