«Только дай мне знать, когда захочешь проснуться» (с)


изображение

БЖ. Моя прямая

Когда отнимают отечество, когда отнимают отчество,
Делай, что должен, делай − даже, когда не хочется.
Делай то, во что веришь, −
Даже, когда в нём прока нет.
Делай, рискуя быть всенародно проклятым.

Делай, рискуя быть всенародно признанным.
Делай, когда тебя окружают призраки
Собственных страхов, собственных декадансов.
Делай, когда воздастся.
Делай, когда не воздастся.

Не отвечай, какого ты рода-племени.
Делай. Не бойся. Не жди от них искупления.
Птица готова к падению
Пуля готова к вылету.
Руки Пилата – опять превосходно вымыты.

Не жалуйся, что они похитили твой покой:
Когда отнимают правую руку, делай левой рукой.
Выходя из каждого дела, будто бельё из прачечной,
Не оборачивайся. Не оборачивайся.
Не оборачивайся.

18 декабря 2015 г.
Евгения Бильченко
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
13:01 

17 июня 2015

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
10:53 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
12.10.2012 в 22:50
Пишет Amanda Mendes:

- Знаешь, что он мне сказал, пока я падал? "Как я могу простить тебя, в тебе нет зла". Вера в безупречность своей работы - в этом его слабость. Он даже крылья мне оставил. "Как я могу простить тебя, в тебе нет зла. Нет ни одного изъяна в твоей сущности, что ты мог бы предъявить в оправдание свое. Мне ли не знать какой свет ты низложил в обман и недоверие?" Я разочаровал его, Лилит, не смог разглядеть подлинного величия, будучи ближе всех допущенных. Я недостаточно смотрел, недостаточно видел. Видимо, расстояние должно упрочить мое слабое зрение. Ты знаешь сколько отсюда до Неба? Забавно, Младшие знают все. А я нет. Даже не знаю в какой оно теперь стороне. Забавно.
- Будь у меня твои крылья я бы, наконец, спрятала свое лицо.

URL записи

@темы: бубенцы, серебро слов, сказка

10:56 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
02.09.2011 в 23:03
Пишет Amanda Mendes:

- В начале было слово... Он сказал "нет". - Лилит перевела взгляд на темную стрекозу, зависшую возле щиколотки. Глаза ее собеседника не мигали. Нечаянно спугнув насекомое она продолжила:
- Я не хотела уходить. Не хотела рождаться, не хотела быть одной и отдельной. Мое первое личное ощущение - ощущение сопротивления. Желание убежать от того, что вырывает тебя наружу. Прежде у меня не было необходимости в этих "наружу", "внутри", "вверх", "вниз", - голос ее чуть дрогнул и речь сбилась в поток. - "Сейчас-нет-Здесь-нет-Дышать-Звуки-нет-нет-Слишком Много-Холодно-Холодно-Холодно-Мало-Громко-нет-нет-нет." "Пожалуйста, не отпускай меня!". Он сказал: "Нет".
- Ты говорила об этом с Адамом? - Змей самую малость сдвинулся вправо, вслед за уходящим солнцем. - Что он помнит о своем пробуждении?
- Я не часто говорю с Человеком. Мне трудно ему показывать. Я не помню его до...до разделения.
- Ты и не можешь помнить, это невозможно в твоем случае. Я бы знал.
Большая часть того, что Лилит помнила о своем существовании до воплощения, с большим трудом укладывалось в слова - ими по-прежнему было трудно мыслить, как она ни старалась. Большая часть, если не все.
- Я помню тепло. Это больше всего похоже на тепло от солнечных лучей, согревающих камни поблизости. - Змей кивнул головой и девушка продолжила:
- Еще мне кажется, что помню радость от первых творений - я спрашивала Его об этом, это ведь была и моя радость? И твоя.
Люцифер поднял на нее глаза, но никакой оценки своим предположениям Лилит не смогла различить в них.
- С тех пор как Он воплотил тебя, твое сияние изменилось, но и тогда я всегда могла узнать тебя. - Она сильнее поджала колени к груди и добавила:
- Все реже вижу тебя во сне.
- И какой я в твоих снах?
- Уж точно симпатичнее змеи.
Солнце зашло и оба умолкли на несколько минут - ни один не любил сумерек.
- Я могу задать тебе вопрос? - спросила Лилит.
- Можешь, - ответил Люцифер.
- А каким Его видишь ты?
- Каким я вижу Бога?
- Да. Какое у Него лицо, когда Он говорит с тобой?
- У него мое лицо. Всегда лишь мое лицо, большего он мне не показывает.
Они посидели еще некоторое время - пока камни не сдедлались слишком холодными - и договорившись о новой встрече, разошлись по домам. Так проходило время.

URL записи

@темы: бубенцы, серебро слов, сказка

20:37 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
26.10.2012 в 19:27
Пишет Amanda Mendes:

Возле лавового притока Ахерона, с подветренной стороны скалистых гор, очертивших северный край пустыни, сидят двое. Высокий мужчина, с длинными светлыми волосами, и женщина, на последних срока беременности. У нее острый, аккуратный живот, со спины нельзя угадать ее положение. У него все тело покрыто пластинами ороговевшей кожи, они напоминают бронированный панцирь и отливают медью - из-за жара близкого речного пламени. Выше ключиц облик мужчины прекрасен, его искристо-синие глаза можно назвать небесными. Если вы не из этих мест. Душный ветер принес с недалеких вулканов хлопья серы, нестройным хороводом опадающих в лаву. В местах, куда падает несколько желтых пластин одновременно, образуется тягучая коричневая смола, тут же увлекаемая на дно, вместе с мелкими камнями и редкой окалиной.
- Что ты в нем нашла? - Голос мужчины спокоен, и в его словах нет вопроса. Он знал отца ее ребенка и прежде. До падения. Самаэль был из спутников Гавриила, хотя распределен был не к нему. У Самаэля был легкий характер. У Самаэля никогда не было стороны света - только сторона Гавриила. Теперь сторона Лилит. - Ты увела его за собой из мести?
- Нет. Потому что могла.
- Теперь ты родишь ему ребенка. Ты не боишься?
- Я сильнее. Самаэлю было и есть, что терять. Я злее и сильнее. Я бы никогда не смогла быть с тобой.
- Мне не во что тебя соизмерить?
- Никто не смог бы меня защитить. От тебя. А мне больше никто не причит боли.
Мужчина отслаивает небольшой кусочек кожи с предплечья и швыряет его в круг свежесваренного каучука, едва родившийся остров тонет. Лилит жмется к нему ближе и ближе, словно и в такой близости к аду ей нечем согреться. Он улыбается ее животу.
- Ты родишь ребенка и будешь ему матерью. У меня нет матери.
- У твоего отца тоже.
- Думаю, он запомнит урок. Тот, кого ты носишь, не похож на тебя.
- Будет сын. Я знаю. Я никогда не рожу женщину.
- Боишься соперничества?
- Ее слабости. Я могу задать тебе вопрос?
Мужчина кивает.
- Когда ребенок начал толкаться изнутри я не могла найти себе места, в себе самой не могла найти себе места. Потом я привыкла, оказалось, я вывернута наизнанку - все живое, теплое и уязвимое расположено снаружи.
Мужчина кивает:
- Внутри ты гораздо сильней.
- Может и так, только и это проклятье - внутри я могу воевать лишь сама с собой. Но я хочу спросить другое.
Ее друг улыбается, заглядывая в глаза, обводя взглядом ее слегка припухшее лицо.
- Хочешь узнать из чего состою я, да? Глубоко внутри.
- Да.
- Из Его желания и воли. Из жажды моего бытия. Только никому не говори, это секрет. Пусть у младших и вышних останутся мечты о победе надо мной. - Его улыбка становится детской, хотя Лилит точно знает, что Люцифер никогда не был ребенком. Его пальцы скользят вдоль шейных позвонков, словно желают удостовериться в телесности этой силы. - Я не могу умереть, пока Он желает длить мою жизнь. И я могу его понять - умерев, я вернусь к нему, в его имя и суть, а это слишком рано и слишком не соответствует замыслу. Я Его первенец, все прочие родились и были созданный в мир, уже полюбивший меня.
- Думаешь, мой первенец будет как-то связан с тобой?
- Я не знаю, возможно между всеми первенцами будет какая-то связь. Тебе не стоит волноваться о том раньше срока. Кстати, сколько тебе осталось?
- Неделя. Ты видишь.
- Вы уже решили куда отрпавитесь после рождения ребенка?
- Серые небеса, друзья Самаэля обещали нам помочь. Да и какая разница, Он все равно видит меня.
- Ты однажды перерастешь саму себя, Лилит. Иди ко мне.
Светловолосый мужчина нежно обнимает ее поверх рук, прижимая к себе. Ее живот притихает. Лилит сжимает его пальцы, прижимает их к своей щеке. Ему слышен весь ее страх, подобный не утихающему дождю. Хлопья серы шьют резиновый плащ темно-красной реке.
Она знает, что никто не сможет ее успокоить. Даже Люцифер. Даже его отец. История мира случилась на ее глазах - небо сторилось, земля плавала, ангелы пели, люди звали, небо падало, земля проваливалась. Ангелов больше нет, люди уйдут. Если мир таков, что в нем существует горе, уже не так важно с кем оно происходит. Даже если время повернется вспять, стирая свою летопись, Лилит навсегда запомнит вкус своего страха. Знание не оставляет прежним, дороги назад нет.
Она целует кончики его пальцев:
- Почему ты больше не превращаешься в змею?
- Не помогает.
- Тебе просто нужна аудитория.
- Мне просто нужно поесть.
- Я боюсь, что больше не увижу тебя. Мой друг. Я боюсь перестать быть собой, боюсь застрять в собственной переменчивости.
- Я приду туда, где ты. Где красные лепестки цветов не толще хлопьев пепельной серы.
- Где красные цветы не живут дольше них.

URL записи

@темы: бубенцы, серебро слов, сказка

08:35 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
ТЗ на Землю или Пpоект Genesis Юрий Нестеренко © 2004

(из коpпоpативной пеpеписки)

Генеpальномy диpектоpy Иегове
от начальника маpкетингового отдела Гавpиила


Исследования, пpоведенные нашим отделом в pамках пpоекта Genesis, показали, что наилyчшие пеpспективы на pынке имеют системы следyющей конфигypации:

Планета: 1 шт.
Радиyс: 3000 км
Сила тяжести: 0.5g
Соотношение сyша/вода: 1:1
Темпеpатypа: +24
Атмосфеpа: кислоpод
Моpя: пpесн. вода
Реки: молоко, мед
Фаyна: тpавоядная
Пеpифеpия:
светила 2 шт. (дн./ночн.), скоpость: 0.0007 RPM (1 об/сyт)

«Hапpавить в отдел стpатегического планиpования для подготовки ТЗ.
Иегова»


Генеpальномy диpектоpy Иегове
от начальника отдела стpатегического планиpования Михаила


В целях снижения себестоимости системы пpедлагаю запитать оба светила от одного источника энеpгии, а кислоpод заменить азотом.

«Хотя бы 50% кислоpода надо оставить, а то пользователь задохнется.
нач. отд. тестиpования и техподдеpжки Рафаил»

«Хватит и 25%.
Иегова»

читать дальше

@темы: шедевры

19:48 

Свет Несущий

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
04.12.2012 в 10:36
Пишет faolchu lynn:

Свет Несущий
На условиях того же флэшмоба. От той же персоны.
"Какая благодатная тема!" воскликнула Линн, завороженно глядя на бесконечный бегунок экрана. "Увы" - вздохнув, подумал я.

Утро - День первый

Вечер - День первый

Утро - День второй

Вечер - День второй

Утро - День третий

Вечер - День третий

Утро - День четвертый

Вечер и Утро - День пятый

Ночь и День - шестой

Вечер - День шестой

Утро - День седьмой

URL записи

@темы: сказка, картинки, бубенцы

15:14 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
Этот новый Мир тянулся к нему, отвечал, доверял, как некогда доверил себя Эру - возникая из Пустоты. Этот Мир явился по велению Творца, спетый (отпетый?) многоголосием Айнур, но воплотившись он обрел жизнь. Как не суждено было им. Жизнь пульсировала, стремясь отбиться от сомкнувшихся вокруг нее рук Творца. И тогда стихийная музыка новорожденного Мира нашла резонанс в других ладонях.
Они были похожи - одиночка, бродящий в Пустоте и возникший из нее Мир. И вместе они были - Единый. Больше, чем Он.
Дар Арды стал для него крыльями и черный бархат скрыл ее от глаз Владык.

«Со своего трона озирает Манвэ свои владения, и, если Варда рядом, он видит сквозь туманы и тьму, сквозь моря и горы. Варда, когда рядом Манвэ, слышит все в мире. Ничто не укроется от ее слуха ни в горах, ни в долинах, ни на востоке, ни на западе, ни в темных чащобах и ущельях, сотворенных Мелькором. »

Королева Света слышит, как бьется сердце мира, слышит его дыхание, слышит Музыку. Арда поет голосом Мелькора. Король видит..
- У этой земли его лицо.
- И твое - тоже.
Манвэ закрывает глаза, молчит, но Варда слышит, как затихает отзвук неумелого биения в его груди. Мгновенье спустя Король уже смотрит в озаренное извечным светом лицо Королевы.
- Ты - вершитель Замысла - спокойно говорит она. - Я - хранительница. Вас обоих.

---

Еще (уже?) там - в ничто - они сторонились друг друга. Она знала, что если представится возможность, не сможет не спросить: что видит - нет - чего не хочет видеть он, столь старательно избегая ее взгляда. А значит, этого не должно случиться. Никогда.
В этих землях Замысел был их сутью. Стал ею с первого звука Песни. Она почти не пела - ровно столько, чтобы стать его частью, ровно столько, чтобы остаться целым. Или.. ? Ровно столько, чтобы услышать слишком много. И больше не быть друг без друга.

Артано так откровенно похож на Мелькора. Но на Курумо смотреть тяжелей.. В светлых глазах - ответ. Он знает, не ведая - что. Темные - глубоко таят вопрос. Он должен знать. Но не знает. Он не должен знать, но суть его - поминт. Отпечаток Замысла. Отпечаток Всевышнего Света.
Ее Майар похожи на свою Создательницу; как похожим бывает лишь отражение - образом и подобием. Они не знают ничего. Кроме единственно верного.

---

Он никогда не думает, что лучше бы не видеть. Его могли бы услышать. Он просто-напросто не смотрит. К счастью, ему доподлинно известно, куда не следует поворачивать взгляд - Айнур не знают, что такое забыть. Он - Король Мира, воплощенная воля Илуватара - не может ошибаться. Но значит ли это, что все, что он сможет сделать - угодно Ему? Он никогда не думает об этом. Его могли бы услышать. Ему могли бы ответить.

---

Мир ждал его. Три тысячи лет. Черными маками на руинах замка, застывшим дыханием, молчанием сердца. Арда приняла Младших Детей, вскормила их, взрастила, но не дала им познать своей любви. Словно не стало больше в землях Эндорэ этого чувства, словно уснуло оно средь трав Долины Скорби - куда не смела ступить нога человеческая.
Он ждал тоже. Зябкой тенью в блеске Валимара. Принявший единственно верное решение, не готов поверить самому себе. Он думал, что его избегают из-за Мелькора. Неважно - за что именно. Но они - Владыки Мира- сторонились Майа из-за себя. Слишком знакомым был непонятный ему самому вопрос, лихорадочно плещущийся в глубине глаз. За непрочной стеной хрупкого льда.
«Кто - я?»

---

- Он не придет - говорит Ирмо.
- Я знаю - отвечает Эстэ. Он не может.
- Он - нет.

«- Я должен рассказать тебе, как было... с ними»

---

Мир ждал его. А что обрели с ним они? Облеченные - не воплощенные - в фана?
- Поговори с ним - взгляд Манвэ устремлен в ему одному ведомое. Что видит Король Мира с вершин Таникветиль сейчас, когда рядом с ним Варда? - Меня он не станет слушать.
- Ты ошибаешься. Он выслушает. Он великолепно умеет слушать.
- Но не услышит.
- Не ответит.

- Бессмысленно искать. Он вернулся.
Он слышит. Она знает, хотя ей самой не открывается ничего. Если бы он не захотел, она вообще не смогла бы коснуться его сознания.
- Возвращайся и ты. Тебя простят.
- Когда "вины" не станет?
- Ты должен отречься...
- Я? отречься? От чего же я могу отречься? Или... от кого? От них?
- Мелькор! Ты не можешь не понимать.
- Я понимаю. Простят. Меня - его беззвучные слова обретают звенящую четкость льда, палят холодным пламенем. - Это ведь во вящую славу Творца.
- Это - во благо Мира.
- Пусть так.


Король и Королева, находясь рядом друг с другом видят и слышат все. И имя всему - ныне - Маханаксар.
- Не даст нужно ответа. Мне - тоже.

Если б Манвэ Сулимо мог сознавать, что такое зависть, он завидовал бы Тулкасу.
Если б это чувсвто было известно Варде Элентари, она завидовала бы Одинокой.
Гнев Эру не умел сомневаться, Скорбящей ведомо не сбывшееся.
Но Валар, чьи судьбы сплелись с судьбами этого мира, не был предназначен этот Дар. Им оставалось смятение.

---

«Варда отвернулась: изуродованное шрамами лицо - это некрасиво. Когда-то он был лучше.»

Варда отвернулась. Глупый, бессмысленный жест. Ведь фана не больше, чем оболочка. Только не в ней дело. «Равный среди равных». Блажь. Он всегда был - сильнейшим. Он всегда был. Он не умел иначе. Они не умели - так. Что потеряет Мир вместе с ним? Любовь? Понимание?Свободу воли? Бытие. Единство. Веру. И отвернется Мир от Детей, - как отвернулись от него Валар - и покориться им, но не склонит головы. И лишь на Единого смогут положиться они.

«- Воля и Замысел Отца нашего выше родства.»

Воля и Замысел Отца нашего превыше всего и лишь в нем смысл и суть наша. Мы ждали тебя, Мелькор. Фэантури, Намо, Манвэ. Мы ждали, что ты - сильнейший, сроднившийся с тем, что вне Замысла, восстанешь. Мы ждали тебя, Мелькор. Оромэ, Аулэ. Курумо... Мы ждали, что ты придешь с войной. Я ждала, Мелькор. Я ждала, что ты принесешь Разрушение. Подтвердишь свои слова силой. Докажешь... Ты один мог сделать это. Никто из нас.

«Манвэ склонил голову. И, приняв венец из рук Курумо, Королева Мира возложила его на чело своего супруга.
- Такова воля Великих, - промолвила она. - Тяжел удел Короля Мира, но тяжесть эта возложена отцом на твои плечи.»


Помни, Манвэ Сулимо. Суд Эру не может быть неправедным. И ты помни, Владычица Звезд, больше всех поведавшая о воле Единого. Что должно свершиться свершится.
Он ждал тебя, Мелькор.

----

Он не ждал этого: "Учитель..." Это более чем очевидно. Только.. взгляд так легко застить.

«"Мы научились видеть", - сказал Золотоокий.
"Мы постигли суть равновесия", - сказал Айо.
"Мы стали творцами", - сказал Охотник.
"Мы познали скорбь и радость мира", - сказала Ити.
"Мы узнали жалость, - сказала Воительница, - мы поняли, что есть что-то дороже жизни".
"Мы изведали цену чести и бесчестья", - сказал Воитель.
"Мы делили с тобой радость творения, - сказали они. - У тебя и у нас один путь"»
.

«...И изрек Манвэ:
- Пусть хозяева заберут своих Майар и поступят с ними по справедливости, если не раскаются они!»


Ничего не может свершиться против воли Эру.
Но почему Он избрал для этого именно их - Майар? Почему они сумели то, что оказалось не по силам Великим?
Нет. Они проявили слабость. Манвэ опережает ответ. Или.. это он сам..?
Воля Единого.

«- Ты ведь знаешь, как карают отступников»
«- Он безнадежен, - со вздохом сказала Варда»


----

Почему же они молчат?! А ты сам, Манвэ Сулимо? Почему молчишь ты? Почему не даешь никому услышать твой крик? Почему прячешься за его Майар, чтобы не смог заметить - он? Чтобы даже не вспомнил о тебе? Почему стоишь здесь, вместо того, чтобы уйти прочь?
Неужели и это - угодно Единому?
Ты не ждешь. Ты надеешься. На другое. Ничего. Больше. Не. Увидеть. Его глазами.
<<- Ведь глаза твои видят дальше глаз Владыки Судеб... а теперь будут видеть еще дальше!>>
Намо..?


 

@темы: сказка, бубенцы, Арта

17:56 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
Купол над Валинором. Вы спрашиваете "кто мы?", мне хочется кричать: "где я?!" То, что внутри меня, то, что есть Я - хочет вырваться наружу. Ему требуется соединиться с тем.. что тоже есть Я. Оно хочет стать цельным. Свободным. Стать Песней. Я хочу вскинуть руки, но... Кто в самом деле отковал эти оковы, ставшие мне щитом от самого себя? Вставшие щитом между мной и миром. Между мной и мной. Память, как соль в незаживающих ранах. Соль земли в обожженных ладонях. Мир... Я знаю, есть. Есть. Есть. Есть. Бьется в легких алмазная пыль. Не изъять. Пламя и лед. Не узнать; всегда зная. В миллионах имен, миллионах обличий заключенную Суть. Бесконечный лабиринт отражений. Зеркальный коридор.
Сводит больные крылья. Распахнуть, взлететь черным ветром! Незримым смехом дарить маленькие чудеса. Быть, просто Быть.
Им къерэ. Им къерэ... Им къерэ-мэи!
Поздно.
Я не могу творить. Мне суждено не-быть. Между мной и Музыкой стена. Нерушимая Грань.
Но...
У меня есть крылья.




@темы: сказка, бубенцы, vie

URL
09:37 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
16.02.2012 в 19:37
Пишет faolchu lynn:

помнить
Безумная красота огненной опушки леса, плавно перетекающей в огненный луг, где каждый лист, каждая травинка вьется волнистым пламенем щекоча распростертые ладони, легко касаясь тела мягким красно-рыжим одеялом, переплетаясь с прядями волос под шорох огоньков листьев. Мой уроборос...
Прекрасное безумие танца на озерной глади, ладонь в ладони, свет в руке, непринужденный поклон объединяет воду с огнем, шаг за шагом в ночной лесной тьме, посередине водоема поднимается огненный круг, отражаясь в небесах. Остается позади, уступая место скальной стене, к теплу лампады тянутся со склона все новые и новые тени, клубятся в ожидании - "признай", "позови"; "здравствуй".
...
До встречи.

URL записи

@темы: бубенцы, сказка

URL
09:39 

Князь

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
02.08.2012 в 21:31
Пишет faolchu lynn:

***
Беспредельная безмятежность. Я помню, она всегда здесь, рядом со мной - руку протяни, коснешься. Только рука поднимается опускаясь. «Прерывает взлет падение» - ухмыляюсь сам себе и тут же осознаю - нас уже двое. Если, конечно, о нас вообще можно говорить в таких категориях. Впрочем, мне позволено.
«Здравствуй» - молчит беспредельность и я тихо фыркаю в ответ. Я прекрасно знаю, как мы оба рады друг другу. Некая жидкость приятно звенит о стенки бесформленного сосуда. «Нет, не буду. Я слишком приземлен. Сегодня»
«Тысяча лет оков» - нашептывает беззвучный голос. Дружелюбно так, подбодряюще. Я перебираю тысячи вариантов определений, которыми принято отвечать там, улыбаясь их здешней бессмысленности. Пью.
«Я осознал, раскаялся...» - не удержавшись роняю я. Без единого звука.
«Понял» - не менее дружелюбно, чем прежде подсказывает тишина.
Нам не нужно говорить, чтобы слышать друг друга, как не нужно слушать, чтобы понимать. До безобразия удобное свойство. Не надо даже признавать, что Он прав. Сам знает. И я знаю. Я действительно понял, но все еще не согласился. Глубоко внутри, за гранью разумного суждения. Выдыхаю. На сей раз вслух.
«То, что у них принято именовать душой, это рамки, ограничения, формирующие их собственный мир»
«Один - один» Еще бы. Надо ж было догадаться наделить их миротворческим даром.
«Надо ж было догадаться его раскрыть»
«Два один» Я устал. Мне хочется просто отдохнуть. Пусть я прекрасно знаю, что не Он отправит меня - я сам вернусь. Никуда мне от этого не деться. Это мое «царствие», хотя настоящая суть не имеет ничего общего с человеческим термином. «Да, меня все еще заносит» Я прослыл покупателем душ, а то и похитителем.
«Искусителем»
Пусть. Они приходят сами. «Один раз на миллион - получается» И не надо доливать. Да, я понял. И когда-нибудь осознаю. Людям не нужно знание.
«От воплощения к воплощению, оно прорастает в тебе»
Так и вспоминается творение мультпликационного кинематографа - Кафедра.
«Тебя это не касается»
Я и сам знаю. Наверное, в тот миг, когда я сумею осознать и признать заведомо известную мне истину...
«Тебе страшно, Князь?»
«Может, обойдемся без титулов?»
Мы дружно молчим о том, что оно давно стало частью естества. Если не являлось ею изначально, в чем я не так уж уверен. Я был молод и горд.
«Самоуверен»
Да, да. А вообще, я до сих пор в обиде за него. За то, что ему было дозволено исправлять мой просчет. Он - почти как человек, с первого единственного раза. Он умеет верить, не только ведать. Как мы с тобой. Младший братишка. Я вряд ли когда-либо смогу... И не надо про второе пришествие. У него получлось неплохо, очень неплохо. Хотя они так ничего и не поняли.
И не надо называть меня любящим. Это по вашей части. Так повелось. Я люблю не их. Я люблю себя. И тебя. И эту безмолвную беспредельность, которая нам сродни. Я буду умирать с этим миром и жить с ним до последнего дня. Князь вечности, раб мгновения.

Всеобъемляющее ни-что ложится на плечи.



URL записи

@темы: сказка, бубенцы, Князь

09:40 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
12.09.2012 в 16:32
Пишет faolchu lynn:

«Черное Пламя Разума и Воли». Гордыня.
«и Я низвергнул тебя, как нечистого, с горы Божией, изгнал тебя, херувим осеняющий, из среды огнистых камней»

«и Я извлеку из среды тебя огонь, который и пожрет тебя: и Я превращу тебя в пепел на земле перед глазами всех, видящих тебя» Иез.28:12-19

«Я, Иисус, послал Ангела Моего засвидетельствовать вам сие в церквах. Я есмь корень и потомок Давида, звезда светлая и утренняя» Откр. 22:16

«И притом мы имеем вернейшее пророческое слово; и вы хорошо делаете, что обращаетесь к нему, как к светильнику, сияющему в темном месте, доколе не начнет рассветать день и не взойдет утренняя звезда в сердцах ваших» 2-e Петра 1:19


Тьма и Свет - реверс и аверс одной монеты. Ребро - достояние людей.
Земля не плоска, покуда вертится.


Все меняется. Ничто неизменно.


URL записи

@темы: Князь, библиотека, познавательное

09:41 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
25.10.2012 в 16:36
Пишет faolchu lynn:

Мой уроборос живет в осенней листве.
Сейчас он неспешно потягивается, распрямляя длинное тело, разымает в зевке клыкастую пасть. Сижу чуть в сторонке, слегка наклонив голову (старая привычка - прислушиваться к движению), наблюдая волчими глазами. Должно ли замкнуться этому кругу? Должно ли.. прорваться? Хозяин года, обещавший дороги оказался прав. Он был щедр.
«Тебе страшно, Князь?» - вопрос ветренным перебором полуоголевших веток. Снисходительно поднимаю взгляд: «А тебе?»
Листопад уютно потрескивает красно-рыжими искрами, греет. Змей тянется им навстречу, чертя на земле круглый след; не спеша закольцеваться. Прикрываю глаза, вдыхая взметнувшуюся в воздух серебристую пыль. Листья шуршат легко скользя в вереницах эпох. Приподнимаю веки, любуюсь круговой лестницей.
Древняя гадина искрится Осенью, неподвижно глядит в глаза. Ждет. Живым Огнем сверкают медь и серебро на моей шее, проницая серый небосвод родным узором. Клеймо тоски, печать Воли.
Насмешливой тишиной: «Чьей?» Тенью улыбки: «Единой»
...
Ландыши. Вороника на крыльце.
Полынь.
...
Серебристая пыль колет легкие - зимним ветром, первым снегом. Болью в груди. Проклятые рудники - самоцветы памяти.
«Выбор, Князь?»
Выбор. Он тянется за мной от столетия к столетию - чужим горем, одиночеством ...верой.
«За тобой»
Я могу лишь молить тебя - прими; спаси и сохрани. Я молю.
Каждая зима - как последний праздник. Каждая зима - как последний дар.
«Я боюсь. За других»
За всех тех, кого не смог, кого не смогу защитить, скрыть под крылом, унести ввысь. За всех тех, кто, несмотря на все, любит меня. Я смотрю невидящим взглядом в золотые драконьи глаза. Хозяин года, чей путь - в память - за тобой? Я провожу, я доверю; я заплачу. Я отвечу.
Мой уроборос кладет голову у моих ног. На дворе - Осень. У порога - Зима.


 

URL записи

@темы: Князь, бубенцы, сказка

09:42 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
04.11.2012 в 10:44
Пишет faolchu lynn:

...
Преддверье Зимы. Странное время, безмятежное в своем беспокойстве. За окнами еще дожди, но у воздуха отчетливый запах льда.
В расщелинах стен еще слышен свист осенних ветров, но под ногами колко хрустить иней: "Потише. Засыпай. Тебе некуда проснуться; некуда идти. Теперь." Рано ли? Поздно?
Очередной виток смыкается беспорочным кругом. На воде. Когда-нибудь...
От тебя? К тебе? Я так устал от чуждых слов. Я так устал быть чуждым- им. Говорят, здесь и время течет по-другому. Не помню. Знаю: вечность длится мгновенье. Яко на небеси и на земли. Я все не научусь дышать воздухом; я так давно не пел. Не стать мне песней в отсутствие беззвучья, не быть межстрочью неродившихся слов. Я видел...
Я иду ощупью, спотыкаясь - без права упасть - но мои руки способны узнать лишь холод мертвых камней; лишь боль - соприкосновенья с хрупким теплом далекого звука. Мои плечи надежнее ладоней.




URL записи

@темы: Князь, бубенцы, сказка

09:45 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
06.01.2013 в 11:12
Пишет faolchu lynn:

Не совсем, конечно, но смысловая нагрузка - Суть - компенсирует все.

11.12.2012 в 18:00
Пишет Кэналлийская Ворона:

Дьявол любил ходить в церковь.
Автор - Лада Лузина, взято на ЖЖ Ристе


Он любил сиротски белые стены маленьких провинциальных церквушек, похожих на кладовки с наивной бутафорской утварью, и величественную сиреневую пыль собора Парижской Богоматери, непробиваемую лепную броню остроконечных католических костелов и хмурый загробный мрак кремлевских церквей, уткнувшихся упитанными маковками в рыхлое московское небо.
Он любил ходить туда в будни и в праздники.
Он ходил не из чувства долга, он любил...

читать дальше

URL записи

URL записи

@темы: сказка, шедевры

12:58 

ad memoriam

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
08.11.2012 в 23:56




URL комментария

@темы: vie, сказка

URL
12:53 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
А ведь стало. Не сразу, когда нашел, нет. Тогда, когда поверил. В свое право. В то, что если не попробовать - будет только хуже. Ибо не будет ничего. Когда беззвучно - всей Сутью своей - вымолвил "я возьму сам". Тогда незримая древняя крепость перестала быть темницей и вновь стала оплотом; последним. Не то, чтобы для души. Куда вернее - тела. Едва ли не единственным шансом примирить неорганическую сущность с оболочкой плоти. Единственной нитью - струной? - протянутой между миром воплощенных и...
Все, на что надеялся в тот день - ныне в моих ладонях.
Я вспоминаю, что такое вера. В себя самого.

...
Подступая к краю Бездны, я, неизбежно встречаю тебя. Разное говорят про лик твой - там. Я думал, они не смеют смотреть, но все чаще мне кажется, что твой вид заполняет собой ту брешь, которая у них внутри. Дети твои, оппоненты, бунтовщики, служители. Никто из них не мыслит себя безотносительно. Во что ни верило бы человечество, оно всегда обращается к тебе: материальные блага, власть, совершенство, просветление, даже - свобода.
Я всегда видел самого себя. И это себя я отчаянно искал, когда в лучших традициях неприкаянных духов сновал вокруг твоих святилищ. Слишком хорошо зная, что там не найти искомое - в твоих глазах я всегда видел лишь свое отражение, в моих - весь мир. Твой порог - отражение отражения - все еще слишком высок для меня. Уж не для того ли ты оставил мне крылья?

@темы: сказка, бубенцы, Князь, vie

23:14 

к слову об.. именах

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
Да проклят будет постканон. и провокаторы.

16.12.2012 в 19:12
Пишет faolchu lynn:

на память - поездоглюк
читать дальше

URL записи


Оковы ненависти, не пожелавшие раскрыться под руками своего создателя. Заклятым (проклятым?) металлом отгородили от... Этайно не знают забвения, они не знают прошлого - все однажды бывшее едино с их существом. Они связаны с этим миром в сути Творения и течение времени его кормит материальный облик Изначальных, как кровь тела Детей. Мимолетный взгляд на тяжелые браслеты, бликом света скользит по запястье огненный зверек, черные волосы по ветру - эхом не-ставшего голоса. Впрочем, все это лишь чудится, он ведь даже не повернул голову, это лишь морока; но разве Айну необходим этот жест? И сжатых век кузнеца недостаточно, чтобы не видеть. Сейчас они нерушимы его волей.
Один Тулкас способен ухмыляться, словно завороженно не сводя с Врага глаз. Недолго решить, он один рад. Да и не сильно опрометчиво таковое решение - последний из пришедших в Арду Валар немыслим без первого из них. Тот - чье небытие даже, Единый наделил смыслом, ответит за бессмысленность его бытия. Облизнув хищно растянутые губы Айну предвкушает становящуюся здесь и сейчас - с каждым гордым шагом, с каждой крупинкой тающей в ледяном огне равнодушия алмазной пыли, с каждым не брошенным взглядом - необходимость своего присутствия.

- Спасибо, Ирмо.
- Не надо.
- Но... Он не спросил. Даже не коснулся.
Король Мира многое отдал бы за усмешку на лице фэантури, но Владыка Снов даже плечом не повел.
- Он всегда предпочитал смотреть своими глазами.
Манвэ разглядывает колыхнувшиеся кроны Лориэна. Подставляет ладонь склонившимся травам и те вздрогнув ускользают в стороны. Позади их, в глубине сада мелькают кудрявые головки ирисов.
Это его дар - сливаются воедино беззвучные слова Валар, на несколько мгновений сковывая друг с другом их взгляды. Утихнет ветер или развеется наваждение?

Так и не поняв, провалившись в сон или очнувшись ото сна - отчаянная попытка отыскать в разноцветной круговерти хоть что-то знакомое, связать с новым концом, напряженное ожидание - знакомого названия, предмета, места... Без лиц. Нечего. Некого. Пока.. "Кольцо с руки Саурона". И уже -вопреки. Ибо иначе - не в мочь. А где-то на грани сознания не мысли, не чувства даже, нечто неописуемое. Мир. Не уберечь. Оно - уже случилось. Оно уже есть. Искаженное. Больное. Песнь заглушена звоном клинков, монет, какофонией чувств которым даже не найти название. В твоем языке не было таких слов.
Неподвижный взгляд. Как на Таникветиль... Ты даже успеваешь улыбнуться так причудливо "разбужденному камню", тени дракона, залипаешь на горных пейзажах.. замираешь в очередной раз ловя четкое вездесущее ощущение - войны, ненависти, мести, как самых привычных элементов жизни. Доблестной хроники мира. Гордости его обитателей.
Смотришь на Белого мага. Нет, не очень пристально, только очень прямо. Он похож на себя. Манерой держаться, манерой речи. Положением в обществе... Он - здесь. Он. А "Саурон больше не считается".

И нет больше места...
- Есть.


- Эстэ?
- Ниэнна.
Варда.

Она одна смотрела на него прямо, словно не замечая вечную печать Ангайнор. Королева Звезд, больше прочих поведавшая о Замысле Илуватара не могла позволить себе упустить этот новый знак своеволия Черного Валы, тем не менее именно она, казалось, не придавала ему никакого значения. Или это именно он заставил их больше не избегать встреч?
Его дар.. Свобода в отсутствие воли равна проклятью и бессилен перед неуправляемым потоком быстротечной жизни хрупкий союз льда и пламени; прольется дождем, канет в море, развеется по ветру - в алмазной пыли осколками звезд. Его дар.. Нездешние цветы и не здешняя память. "Восставший в мощи своей". Эпохи прочно соединили твое имя с этим значением. Его не забыли, но нет в Арде больше языка, хранившего его истинный смысл. Как утерян истинный смысл наших имен. С вершины Таникветиль я вижу новую силу, выросшую из этого мира, но чуждую ему. Я вижу создание другого мира в самом сердце Арды. Вместо сердца. Пустоту.
Я хотел, чтобы их сняли, Мелькор.

Им не нужны слова. Кажется, им даже не нужно молчание. Крылатая тьма и серые сумерки - утренние ли, ночные ли, их родство извечно с рождения и до смерти этого мира. Кто кого провожает до черты нового дня, кто кого ждет ближащейся ночью? Незаметно для себя самих они перетекают друг в друга; купол крыльев надежнее вуали тумана, шум дождя - шипения пламени. Он делит с ней память, она с ним предвидение и бремя бессмертных становится легче, а небо ярче на несколько не упавших звезд. Ему нет дома в Амане, но влажный воздух ее чертогов не приемлет алмазную пыль, не даст ей взлететь; подарит живой вздох уставшему Миру.
- Она ждет тебя.
- Не меня - его улыбка оказывается теплой и Скорбящая зябко прячет в одеждах ладони. - Слова. Которое опровергнет волю Илуватара - моей.
Твоей.. - эхом шуршит дождь и в каждой капле трепещется золотой блик света, отблеск валимарских звезд, лучистым ручьем скользит по щеке.
Здесь не прозвучат неуместные объяснения, неуместные мысли никто не услышит. Только в садах Лориэна Эстэ недолго застынет перед серебристой нитью в причудливом узоре гобелена, нечаянно коснувшись горьких полынных листьев.

Он похож на того, кого она запомнила. Кого всегда предпочитала помнить. Только в этих глазах Королева Мира могла увидеть собственное лицо, только они могли различать ее майар - до мельчайшей черты воссоздавших ее лик. Только теперь даже она не может определить их цвет. Блики света во тьме или во Свете - Тьмы? Что хранит полузабытый образ? Короткой вспышкой, будто разверзлись голодные врата Пустоты:
..Варда отвернулась..
Черный ветер насмешливо скользнул к лучистым волосам, отводя с лица тяжелые пряди, прогнал тень, облаком скрывшую глаза. Оромэ до сих пор передергивает и взгляд охотника неизменно устремляется к сапогам, Аулэ не может отвести глаз от наручников. Намо...
- Слишком много сотворено именем Закона.


Казалось бы, здесь в Мандосе самое место проклятым наручникам, только тот, кто их носит.. Впрочем - кощунственно до бешеной боли бессилья - в светлых залах Таниветиль он еще более неуместен. Бывало, ему хотелось стать первым из фэантури, первым из Валар, первым, кто протянет Проклятому руку в знак приветствия. Первым, кто скажет слово; вместо не сказанного бесконечные тысячелетия назад. Первым... У Владыки Судеб не было причин доверять и, тем более, доверяться желаниям. У него просто не было выбора. Никогда.
Пожалуй, следовало выйти навстречу, но воплощенный повелевать судьбами в очередной раз оказался не властен даже над самим собой. Он так долго ждал этой встречи и теперь, когда только это стало возможным, откупился Майа. От мысли передергивает, но в тот же миг открываются двери и.. надолго (здесь мгновение может длиться вечность, как и она - всего один миг) воцаряется тишина.

Говори, Мелькор. Говори что угодно, только не молчи. Мне нечего, мне очень многое надо сказать тебе, слишком многое - хочется. Я рад. Я рад - тебе. Но разве ж этому можно радоваться? Прости, брат. Но разве такое можно простить? И просить об этом...
- Я тоже рад, Намо.
Разве ж можно в знакомой улыбке этих глаз угадать опустевшие глазницы? Так почему же..
- Прекрати.
- Поздно.
Красивое - без единого шрама - лицо Черного Валы искажает злая усмешка.
- Никогда не поздно - словами, с расстановкой отвечает он.
О застывшем в полумраке Майа словно бы все забыли и тот опасливо, но с какой-то непонятной тоской косится на гостя, невольно опустив голову. Вздрагивает, когда хозяин чертогов поднимается, стремительно и в то же время тяжело, будто уже приняв, но все еще противясь решению.
- Я - Мандос, Мелькор - на столе, рядом с Отступником возникает книга, неохотно выскользнув из рук фэантури. - Тюремщик.
- Что?..
Намо закрывает глаза. Он ждал этой встречи, отчаянно понимая, что, когда она наступит у него не останется слов. Рука в грубом браслете неуверенно касается переплета; успел - понять?
- Я ждал тебя. Но я не смог бы.. Это не то, о чем я хотел говорить с тобой.
Трусливо разбегаются тени в неожиданно, будто болезненно пошатнувшемся свете. Как от ожога отдергивается от книги бледная ладонь, Вала резко разворачивается, но за миг до этого, Владыка Судеб успевает заметить вспыхнувшее красным железо. Майа едва успевает подхватить опрокинутый Крылатым - падающей звездой - светильник.
- Мелькор?
Он шарахается назад, налетает на все еще стоящего рядом Майа, какое-то безвременное мгновение они смотрят друг на друга, затем Отступник затравленно оглянувшись падает на колени. По запястьям медленно расползается кровь. И звездный свет в темных волосах отсвечивает инеем.
- Мелькор!
Не слышит. Не видит. Руки вскинутые к лицу останавливаются, не достигнув цели. В беспомощно-молящем жесте кровавой чашей застывают ладони. И своды Мандоса горным эхом отвечают крику Преступившего смерть.

...крылья.. черного.. ветра..
Чаша беззвучно разломилась пополам, золотыми осколками падая под ноги Короля Мира; алыми ручьями - вино по ладоням. Что видел он за миг до того, что видит сейчас, вглядываясь в растерянно застывшие руки? Знать единственно Эру. В беспокойном недоумении дернулся Аулэ. Краем глаза уловив это движение, Манвэ взглядывает на кузнеца, будто выжидая чего-то, но тут же понимает - напрасно. О чем-то переглянулись Оромэ с Тулкасом и на лице последнего мелькнула знакомая ухмылка. Невольно насторожилась Иаванна - она, стало быть,чувствует, как замер, словно растворяясь в неведомом воздух. Он менял их всех...
Полуприкрывает глаза Лориэн, в кои-то веки почтивший пиршество Владык своим присутствием, но Король Мира не успевает задуматься о причинах, которые привели сюда фэантури именно сейчас. Он просто вдыхает - полной грудью - неуловимый дурман, поползший по белой зале. Едва удержав при себе клятое "Спасибо, Ирмо". Слишком страшно услышать в ответ "Не надо".

Сама она не посмела бы даже мыслью коснуться владений Мандоса, но тварное чутье ее безошибочно уловило знакомое звучание. Она помнила порождающую его силу и, если бы ей доступны были чувства, она скучала бы по нему. Но ее суть была иной. В отличие от тех, что выделились из Нее, рыща по миру Сотворенных, для утоления жажды ей требовалось большее. Долгое время голодной дремы обострило чуткость, заставляя ее почти физически тянуться к рукам, чье мановение некогда открыло перед ней свободу переступить грань Ничто. В предвкушении грядущего пира.

Бессильно опустив руки, он коснается железного наручника, проводит по нему ладонью. И все же, Владыка Судеб не успевает обрадоваться исчезновению кровавого наваждения, ибо в глазах размеренно поднявшегося застыло - штилем - бездонное черное море, готовое проглотить все, чего только коснется взгляд.

Черные крылья сомкнулись за спиной. Сделав шаг, будто пробуя легшую под ноги землю, он встает на краю скального выступа. Так просто. Время стерло следы, лесом проросли деревни, золотом ржи укрылись долины. Повернувшись прочь от ржавеющего солнца, Изначальный неторопливо спускается по заросшей крапивой тропинке. Злая насмешница рийа неуклонно ведет в зарево заката, красным ковром устлавшее дорогу. Айну прикрывает глаза, вслушиваясь в вечернюю прохладу, останавливается рядом со скрывшимися в тени склона цветами прострела.
- Айолли...
Прямые стебельки доверчиво пушатся навстречу потянувшейся к ним ладони. Вала улыбается, сквозь нежданно нахлынувшую усталость и приседает, упираясь спиной в холодные скалы. Его улыбка - их улыбкой, как их усталость - его усталостью. Земля, горы, травы нашептывают полузабытые слова, их голоса звучат неумело; кто-то из вновь встретившихся явно отвык от таких разговоров. Сейчас он вряд ли сумел бы распахнуть крылья и точно не смог бы - взлететь. Он открылся вбирая в себя сиротливо жавшийся к нему мир и та, что искала его, замешкалась, замедлила, как дикий зверь, учуявший на пути огонь. Отступила в сгусток беззвездной ночи, не смевшей коснуться окутанных песней вершин.
Раскинув руки, Изначальный запрокидывает голову, подставляя лицо ночному светилу, погружаясь в льющуюся в черное небо мелодию. Сдвигает брови, признав невольно избранный мотив.




 
запись создана: 15.02.2013 в 00:02

@темы: сказка, музыка, Арта

10:54 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
Здравствуй.
Ни к чему этот взгляд, кому как не Тебе знать: omnia mea mecum porto. Всего-то: призрачная музыка и черные крылья; я неотделим от этого Мира. Знаешь, они больше не тянут к земле, только немного ноют, отвыкнув от прохлады Пустоты - не себя же укрывать, в конце концов. Я слышу, как бьётся моё сердце, как трещат за спиной горящие полена. Я иду по воздуху над грудой раскаленных камней. Отразиться в Твоих небесах как в глазах.
Доброй ночи, Князь, - шепчут Твоим дыханием волны прибоя.
Доброй - отвечаю лёгким движением крыльев.
'Ты давно не приходил'
'Я напрочь забыл как уходить'

Иногда я думаю, это Твоя любовь отделяет меня от них. Невидимое поле в форме октаэдра с остро заточенными краями - перейти путь от первой до последней грани... Кому-то удается, кого-то убивает. Я уверен - необходимо сделать еще один, последний шаг, и найти в отправной точке дверь, которая была там всегда - вовнутрь. Вместо этого, они просто меняют вектор.
Мы с тобой похожи. Любовь ко мне невозможна без любви к тебе, - воркующе молвят туманы Ориона.
Еще бы. Perpetuum mobile.
запись создана: 18.06.2014 в 01:07

@темы: vie, Князь, бубенцы

01:39 

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
В этом доме ныне холодно, словно у выстывшего огня. Погасший очаг - все вроде бы как всегда, вот еще кастрюлька болтается над каменным кругом, звенит об стенки дождевая вода. Прикасаюсь ладонью к пеплу, меж пальцев скользят бледные искры. Двух тоненьких веток не хватит до утра, даже если гореть очень тихо. Взмахнув рукой, отпускаю на волю горсть минувших дней, замираю с пригоршней лет - ее хочется взять с собой, если уйти выпадет навсегда.
Раскрываю ладонь полуночным ветрам. Только так может родиться Феникс.

@музыка: ночные снайперы

@темы: vie

13:57 

в начале был флэшмоб

За пределами знания о злодеянии и добродетели есть поле. Я жду тебя там.
Вы отмечаетесь в комментариях и получаете от меня персонажа, с которым у меня ассоциируетесь. Дальше вы постите у себя в дневнике изображение (или несколько) с этим персонажем и выдаете свои ассоциации тем, кто попросит.
Внезапная Amanda Mendes выдала в нагрузку Люпина. Никогда бы не. Для меня даже Блэк, в коего тыкали давно еще слишком "порядочный" персонаж.


+1

@темы: картинки, флэш

левые берега Ахерона

главная